Расшифровка конференции
Расшифровать аудио или видео и превратить в шикарную статью для сайта — казалось бы плевое дело. Но это не так.
Мы много говорим в наших статьях о сложностях и особенностях работы транскрибатора. Но никакая статья не сможет объяснить все тонкости работы транскрибатора лучше, чем сам транскрайбер.
C какими трудностями приходится справляться РАСШИФРОВЩИКАМ во время работы, поделились некоторые члены нашей команды:
Качество записи и название географических объектов очень влияют на скорость работы.
Южакова Галина, транскрибатор
Опыт работы 6 лет.
Расшифровывала несколько интервью, которые в дальнейшем должны стать статьями в журнале, а это значит, что нужно хорошенько подчистить разговорную речь от всяких «бэ, мэ, а-а-а, м-м-м», оговорок, оборванных фраз.
На одну тему опрашивали трех человек.
Больше всего напрягало и мешало работе то, что автор для интервью выбрал шумное место – время проведения какого-то тематического форума. Мне было бы, наверное, проще транскрибировать выступающую даму, которая вещала где-то в микрофон на этом же форуме, чем разбирать слова опрашиваемых.
Пришлось несколько раз переслушивать, отматывать назад. Однозначно ушло больше времени на работу. Первое впечатление было, что не смогу вычленить вообще ничего. Еще опрашиваемый «сыпал» местными географическими названиями, которых до этого у меня на слуху не было, их пришлось дополнительно искать в поисковике. Нужно было понять, что же это за место он назвал, которое я не знаю, да еще и не расслышала толком.
Чего мне стоила одна только фраза: «У нас санкур только развивается». Долго билась над этим словом, не могла понять. Потом только дошло, что это такое сокращение слова «санаторно-курортный». Некий профессионализм встретился.
Плохой звук на запись – это самое сложное в работе.
Литвякова Мария, транскрибатор
Выпускница Практикума по транскрибации
Опыт работы 2 года.
Самое сложное – это плохой звук. Когда приходится буквально по обрывкам слов, а то и по скрипящим или булькающий звукам догадываться о смысле речи говорящего.
Ярким примером будет то судебное заседание от постоянного заказчика (работаем над судебным процессом уже около двух лет), которое не взялись делать сторонние специалисты, и мы сделали его с достаточно небольшим для такого качества записи количеством неразборчивых моментов (нрзб.).
Я помню свои ощущения и понимаю, что только большая наслушанность именно этого спикера (в основном говорил судья), знание тематики суда и характерных для нее слов позволило буквально наощупь восстановить связную речь. Тот, кто не в теме (сторонние специалисты), в любом бы случае ничего не смог сделать.
Другая боль – это очень замусоренная речь говорящего. Когда в одном предложении соотношение несущих содержание слов и мусорных было примерно 1:3. «Ну, в общем, наверное, значит, м-м-м, это, то есть...» и вот это вот всё, или многие спикеры ещё очень любят обрывать фразы, только начав мысль...
И получается так, что ты вроде бы хочешь вслед за спикером набирать текст, а в итоге все время приходится перематывать запись, возвращаться, стирать написанное, чтобы все почистить и убрать не доведенные до конца фразы.
Ольга Толстых, транскрибатор/верстальщик
Редактор транскрибаторов
Опыт работы более 8 лет
Попробуйте идентифицировать участников только по голосу.
Одно время с работала с заказчиком, который давал в работу фокус-группы. Такой круглый стол, за которым собрались люди какой-нибудь категории (пенсионеры, молодые мамочки или студенты) и под руководством модератора беседы обсуждали насущные вопросы.
Обычное собрание — 8–10 человек. Если повезет, то модератор своей крепкой рукой поддерживает безукоризненный порядок, и все спикеры выступают по очереди, говорят четко и разборчиво. Но чаще случаются варианты совсем другого накала и направления.
Помню одну фокус-группу, где собралось аж 14 студентов, которые обсуждали какую-то очень горячую общественную тему. Запись только со звуком, видео нет, а голоса нужно различать, и не просто различать, а четко идентифицировать, чтобы не перепутать авторство высказывания.
Мне пришлось знатно попотеть, чтобы из массы практически одинаковых по тональности женских голосов выделить индивидуальные черты и через странные опознавательные признаки типа похожести на тембр известной исполнительницы или знаменитой актрисы выявить конкретного участника. Таким образом образовалась целая система сравнительных параметров (скрипота голоса, заикания, шепелявость и так далее), по которой в будущем я выстраивала работу с фокус-группами.
Специфика речи участников записи влияют на скорость работы транскрибатора.
Наталия Жгунова, транскрибатор/редактор
Выпускница Практикума по транскрибации
Опыт работы 3 года.
Из яркого примера вспоминается серия интервью с людьми, в разное время работавшими в магазине «Свет и интерьер» в городе Шахтинске, Казахстан. По этим интервью планировалось издать книгу в память о предпринимательнице, основательнице магазина.
Трудность была в том, что респонденты были очень разные: продавцы, грузчики, разнорабочие. Они не готовили речь заранее. Им задавали вопросы, которые их иногда заставали врасплох. Поэтому речь была очень «грязная». Чтобы уловить мысль среди слов-паразитов приходилось переслушивать по многу раз. Записывать как есть было невозможно. В то же время нужно было сохранить манеру говорить каждого человека, чтобы передать их искренность и колорит места, где они живут.
Другой пример. Транскрибация телевизионной передачи «Истории на ночь». Ведущие Евгений Чебатков, Расул Чабдаров, Томас Гайсанов.
Рассказ о том или ином историческом деятеле перемежался с иногда почти бессмысленным трепом и непродуманными шутками. Таков стиль передачи. Сначала меня это попросту раздражало. Раздражение мешало работать. Я не могла отделить существенную информацию от несущественной. Потом я предположила, что таким образом иллюстрируется спонтанность и раскованность творческого процесса. Я стала понимать смысл происходящего. Я поняла, что существенным является всё.
Ведущие постоянно перебивали друг друга, говорили сквозь смех. Иногда разобрать было трудно. А предположить, что они сказали, чтобы затем все же расслышать — невозможно, потому что иногда это напоминало бред.
Еще одна трудность. Иногда понимание того, что они имеют в виду, зависело от телевизионной картинки, то есть нужно было видеть, что они делают, чтобы понять, о чем они говорят. И ремарками* было не обойтись. Их потребовалось бы слишком много. Где это возможно, приходилось эту информацию передавать в тексте, вставляя подразумевающиеся и упущенные слова.
*Обозначение происходящего действия на записи. Например: (Ущипнул ведущего).
Надеемся, что эти реальные истории помогут вам более подробно представить сложности работы транскрибатора и еще больше ценить качественный ручной набор текста.
А наша команда «Набор текста «Клац-клац» всегда рада помочь преобразовать вашу запись в текст.
СКИДКИ при больших объемах (10 и более часов) от 5 %
Мы много говорим в наших статьях о сложностях и особенностях работы транскрибатора. Но никакая статья не сможет объяснить все тонкости работы транскрибатора лучше, чем сам транскрайбер.
C какими трудностями приходится справляться РАСШИФРОВЩИКАМ во время работы, поделились некоторые члены нашей команды:
Качество записи и название географических объектов очень влияют на скорость работы.
Южакова Галина, транскрибатор
Опыт работы 6 лет.
Расшифровывала несколько интервью, которые в дальнейшем должны стать статьями в журнале, а это значит, что нужно хорошенько подчистить разговорную речь от всяких «бэ, мэ, а-а-а, м-м-м», оговорок, оборванных фраз.
На одну тему опрашивали трех человек.
Больше всего напрягало и мешало работе то, что автор для интервью выбрал шумное место – время проведения какого-то тематического форума. Мне было бы, наверное, проще транскрибировать выступающую даму, которая вещала где-то в микрофон на этом же форуме, чем разбирать слова опрашиваемых.
Пришлось несколько раз переслушивать, отматывать назад. Однозначно ушло больше времени на работу. Первое впечатление было, что не смогу вычленить вообще ничего. Еще опрашиваемый «сыпал» местными географическими названиями, которых до этого у меня на слуху не было, их пришлось дополнительно искать в поисковике. Нужно было понять, что же это за место он назвал, которое я не знаю, да еще и не расслышала толком.
Чего мне стоила одна только фраза: «У нас санкур только развивается». Долго билась над этим словом, не могла понять. Потом только дошло, что это такое сокращение слова «санаторно-курортный». Некий профессионализм встретился.
Плохой звук на запись – это самое сложное в работе.
Литвякова Мария, транскрибатор
Выпускница Практикума по транскрибации
Опыт работы 2 года.
Самое сложное – это плохой звук. Когда приходится буквально по обрывкам слов, а то и по скрипящим или булькающий звукам догадываться о смысле речи говорящего.
Ярким примером будет то судебное заседание от постоянного заказчика (работаем над судебным процессом уже около двух лет), которое не взялись делать сторонние специалисты, и мы сделали его с достаточно небольшим для такого качества записи количеством неразборчивых моментов (нрзб.).
Я помню свои ощущения и понимаю, что только большая наслушанность именно этого спикера (в основном говорил судья), знание тематики суда и характерных для нее слов позволило буквально наощупь восстановить связную речь. Тот, кто не в теме (сторонние специалисты), в любом бы случае ничего не смог сделать.
Другая боль – это очень замусоренная речь говорящего. Когда в одном предложении соотношение несущих содержание слов и мусорных было примерно 1:3. «Ну, в общем, наверное, значит, м-м-м, это, то есть...» и вот это вот всё, или многие спикеры ещё очень любят обрывать фразы, только начав мысль...
И получается так, что ты вроде бы хочешь вслед за спикером набирать текст, а в итоге все время приходится перематывать запись, возвращаться, стирать написанное, чтобы все почистить и убрать не доведенные до конца фразы.
Ольга Толстых, транскрибатор/верстальщик
Редактор транскрибаторов
Опыт работы более 8 лет
Попробуйте идентифицировать участников только по голосу.
Одно время с работала с заказчиком, который давал в работу фокус-группы. Такой круглый стол, за которым собрались люди какой-нибудь категории (пенсионеры, молодые мамочки или студенты) и под руководством модератора беседы обсуждали насущные вопросы.
Обычное собрание — 8–10 человек. Если повезет, то модератор своей крепкой рукой поддерживает безукоризненный порядок, и все спикеры выступают по очереди, говорят четко и разборчиво. Но чаще случаются варианты совсем другого накала и направления.
Помню одну фокус-группу, где собралось аж 14 студентов, которые обсуждали какую-то очень горячую общественную тему. Запись только со звуком, видео нет, а голоса нужно различать, и не просто различать, а четко идентифицировать, чтобы не перепутать авторство высказывания.
Мне пришлось знатно попотеть, чтобы из массы практически одинаковых по тональности женских голосов выделить индивидуальные черты и через странные опознавательные признаки типа похожести на тембр известной исполнительницы или знаменитой актрисы выявить конкретного участника. Таким образом образовалась целая система сравнительных параметров (скрипота голоса, заикания, шепелявость и так далее), по которой в будущем я выстраивала работу с фокус-группами.
Специфика речи участников записи влияют на скорость работы транскрибатора.
Наталия Жгунова, транскрибатор/редактор
Выпускница Практикума по транскрибации
Опыт работы 3 года.
Из яркого примера вспоминается серия интервью с людьми, в разное время работавшими в магазине «Свет и интерьер» в городе Шахтинске, Казахстан. По этим интервью планировалось издать книгу в память о предпринимательнице, основательнице магазина.
Трудность была в том, что респонденты были очень разные: продавцы, грузчики, разнорабочие. Они не готовили речь заранее. Им задавали вопросы, которые их иногда заставали врасплох. Поэтому речь была очень «грязная». Чтобы уловить мысль среди слов-паразитов приходилось переслушивать по многу раз. Записывать как есть было невозможно. В то же время нужно было сохранить манеру говорить каждого человека, чтобы передать их искренность и колорит места, где они живут.
Другой пример. Транскрибация телевизионной передачи «Истории на ночь». Ведущие Евгений Чебатков, Расул Чабдаров, Томас Гайсанов.
Рассказ о том или ином историческом деятеле перемежался с иногда почти бессмысленным трепом и непродуманными шутками. Таков стиль передачи. Сначала меня это попросту раздражало. Раздражение мешало работать. Я не могла отделить существенную информацию от несущественной. Потом я предположила, что таким образом иллюстрируется спонтанность и раскованность творческого процесса. Я стала понимать смысл происходящего. Я поняла, что существенным является всё.
Ведущие постоянно перебивали друг друга, говорили сквозь смех. Иногда разобрать было трудно. А предположить, что они сказали, чтобы затем все же расслышать — невозможно, потому что иногда это напоминало бред.
Еще одна трудность. Иногда понимание того, что они имеют в виду, зависело от телевизионной картинки, то есть нужно было видеть, что они делают, чтобы понять, о чем они говорят. И ремарками* было не обойтись. Их потребовалось бы слишком много. Где это возможно, приходилось эту информацию передавать в тексте, вставляя подразумевающиеся и упущенные слова.
*Обозначение происходящего действия на записи. Например: (Ущипнул ведущего).
Надеемся, что эти реальные истории помогут вам более подробно представить сложности работы транскрибатора и еще больше ценить качественный ручной набор текста.
А наша команда «Набор текста «Клац-клац» всегда рада помочь преобразовать вашу запись в текст.
СКИДКИ при больших объемах (10 и более часов) от 5 %
Вотсап: +7-961-597-49-52
Телеграм: @tekstanabor